Скворцовая площадь 02.2017

Твоя любимая Монголия

1.

Однажды, разбирая на своём столе ворох черновиков, я нашёл «Путеводитель по Монголии», толстенький том, который уютно лёг в руку. Я пролистал его, положил рядом с подушкой, но за день так умаялся, что уснул, так и не почитав на ночь. Проснулся неожиданно: голова соскользнула с подушки, и я ударился затылком. Вокруг горел неяркий свет; я протёр глаза и с недоумением уставился на девушку, которая сидела в трёх метрах от меня и увлечённо листала какую-то книгу. Девушка не могла не быть той, с кем я разговаривал по телефону перед сном.

— Лена?

— Робби, ну вы соня. Я уже полчаса изучаю путеводитель по Монголии, а вы всё сладко спите.

Я проснулся окончательно и огляделся. Это была явно не моя комната. Это было похоже на…

— Юрта, Роберт, юрта. Я же просила вас написать коротенькую историю. Понимаете? Написать. Но не делать так, чтобы мы оказались посреди ночи в монгольской юрте.

— Ты шутишь, надеюсь?

— А вы как думаете? — Лена сердито показала вокруг себя. Какие-то одеяла, мешки, конская сбруя. Во тьме я сумел разглядеть на стенах тряпичные свитки, написанные на старомонгольском языке,… Полный текст

Похититель нот

Вечереет — солнце легкомысленно катится к горизонту,— и в парке уже веет свежестью, но я не тороплюсь уходить, потому что у меня тут восхитительная находка. Я ещё не знаю, что это, но я уже понимаю, что это даст мне что-то очень важное и прекрасное. Слишком всё это напоминает то, о чём я слышал от своих древних предков. Мне рассказывали эти истории как сказки на ночь — красивые, мелодичные, неизменно волшебные и со счастливым концом; но вдруг это и не сказки вовсе? Я вставляю чёрные капельки в уши, ощупываю корпус своей находки, и в этот момент начинается Звучание.

Я замер. Всё равно это оказалось неожиданно. Словно замедлившись в три тысячи раз, сверху падает что-то огромное, рассыпающееся на лету и звенящее миллиардами невидимых колокольчиков. (Я прикрыл веки.) Затихает. И перед глазами возникает видение: тонкие и длинные, в сто миль, золотистые струны, натянутые между холмами, в закатном свете; они дрожат в разной тональности под чьими-то невидимыми руками, и кто-то тихо опускает руки на натянутый до горизонта воздух, извлекая гулкие и протяжные звуки; это сплетается в мелодию, как в… Полный текст